... Оно произносится и в чертогах и в
хижинах, в светлых покоях богачей и в тесных рабочих комнатах, в отдалении
от родного крова и близ домашнего очага, под воинской палаткой и под шалашом
промышленника, на суше и на море, старыми и молодыми людьми, семейными и
одинокими, счастливыми, которых оно радует, и несчастными, которых
утешает...
Целый мир им завоеван: его победы прочней побед Наполеонов и Цезарей.
Каждый день, как волны во время прилива, прибывают новые его подданные - и с
каждым днем шире и шире становятся эти людские волны. Ни один образ не вырос
так в последние сто лет, как образ Шекспира, - и не будет конца его росту.
Сколько в эти сто лет явилось изданий, переводов, на скольких различных
языках, сколько художников, живописцев, музыкантов, ваятелей воплощали его
типы, вдохновлялись ими! Сколько их еще видится впереди! Сколько грядущих
поколений, сколько племен, теперь еще едва известных, сколько наречий, быть
может, едва лепечущих теперь, - примкнут к торжественному шествию его
славы! Мы празднуем его трехсотлетнюю годовщину; но мы уже ныне с
уверенностью можем предсказать праздник его тысячелетия. Да; подобно своему
единственному сопернику, величайшему поэту древнего мира, Гомеру, который,
доживая свое третье тысячелетие, весь сияет блеском бессмертной молодости и
неувядаемой силы, величайший поет нового мира создан для вечности - и будет
жить вечно!
Мы, русские, празднуем память Шекспира, и мы имеем право ее
праздновать...
|
